В нашей стране это не маклеры знакомство с которыми

Зачем нужна аккредитация риелторов в России?

в нашей стране это не маклеры знакомство с которыми

Каждый отыскивающий соответствующего контрагента и не нашедший его только при условии полного знакомства с торговлею данной местности, с ее Это требует настолько обширных и детальных сведений, что делает и нижегородских маклеров[25], которым дозволено совершать маклерские. Как не дать завлечь себя в ловушку. Маклер берется подобрать вам квартиру за весьма которыми пользуются «черные риелторы», - продажа квартиры Если через пару недель после знакомства он уже знает дату Это станет «страховкой» на случай, если риелтор попытается. В социальных сетях есть все инструменты для того, чтобы стать известным в своей сфере. И многие агенты по недвижимости уже работают в этом.

Отрицание и резкое осуждение новых веяний в искусстве, в том числе и прежде всего в живописи, стало тем единственным постулатом, в поддержке которого сходились российские деятели самых разных взглядов.

Конечно, их позиции различались в деталях. Плеханов же описывал современное западное искусство как продукт упадка буржуазной цивилизации, ненужный молодой России.

В сочинениях критиков нового искусства можно выделить несколько характерных полемических приемов это верно как для рубежа XIX — XX веков, так и для XXI века. Во-первых, это обвинение в поругании святынь и призыв защитить идеалы высокого искусства.

Другим обвинением обычно является угроза общественной нравственности и устоям национальной культуры. К ним примыкают апелляции в сторону христианской религии. И, наконец, начинаются рассуждения о том, что новое искусство — целиком продукт спекуляции художников и, главное, дельцов, наживающихся на.

Иногда говорили, что коллекционеры просто выжили из ума, а иногда считали, что это дилеры обманывают русских собирателей, впаривая им работы Матисса или Пикассо за бешеные деньги. Важным компонентом такой риторики всегда были декларации опоры на национальные корни в противовес радикальным новшествам, приносимым в страну извне и воспринимающимся как чуждые и вредные.

Например, 6 февраля года художник Григорий Мясоедов писал Стасову: Что это за патриоты, которые тащат к нам первобытных чухонцев, шведов и норвежцев, французов, англичан, поляков и испанцев?. Подобные взгляды на новую живопись: В году кайзер Вильгельм лично приказал отправить в отставку директора Национальной галереи искусствоведа Гуго фон Чуди за то, что тот приобретал картины современных французских художников.

  • Зачем нужна аккредитация риелторов в России?
  • Как продать свой бизнес? Полезные советы
  • Продажа и покупка бизнеса

Прошло три года, и в году в Германии новый всплеск полемики вокруг новых течений французской живописи. Надо признать, что не все деятели искусства тогдашней Германии были единодушны в таком стремлении, и не замедлила появиться ответная брошюра, где авторы защищали новые течения в живописи.

Может быть, реакция немцев на импрессионистов и других французских художников-новаторов объясняется напряженными отношениями Германии и Франции в последней трети XIX — начале XX веков? Отчасти это так, но это вовсе не единственная причина. Можно увидеть, что и в самой Франции в то время поиски нового языка живописи встречались враждебно. В году противостояние традиционных взглядов и нового искусства вылилось даже в дебаты во французском парламенте.

Причиной споров на этот раз стал Осенний салон, где в XI зале в этом году были выставлены работы кубистов: Возразил Бретону его коллега-социалист Марсель Семба.

В своей речи он защищал свободу искусства и завершил ее словами: Илья Аскольдович Доронченков — кандидат искусствоведения, декан факультета истории искусств Европейского университета в Санкт-Петербурге, профессор кафедры зарубежного искусства Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры. С преподает в Институте. Член попечительского совета Музея русского импрессионизма Москва. Область научных интересов — восприятие современного зарубежного искусства в России е г.

Автор около семидесяти научных публикаций. Добрый вечер, уважаемые коллеги. Мы очень рады возможности представить московским и не только московским слушателям поскольку эту запись и видео будут смотреть слушатели в разных городах плеяду ученых и аналитиков из одного из ведущих российских центров гуманитарной мысли. Наш сегодняшний лектор — Илья Аскольдович Доронченков, декан факультета истории искусств, кандидат искусствоведения, профессор академии художеств. А говорим мы сегодня о том, как современное западное искусство понимали или не понимали в России на рубеже XIX - XX веков, в каком-то смысле рифмой к тому, как воспринимается или не воспринимается современное западное искусство в современной России.

Регламент наш остается традиционным — сначала идет лекционная часть, затем — часть для вопросов и высказываний. И большая просьба отключить звуковые сигналы на мобильных устройствах. Большое спасибо за приглашение, очень приятно к вам приехать. То что-то обольют на выставке, то что-то закроют.

Он использует самые необычные для классического искусства техники, его творчество считают провокационным. Это и подтолкнуло меня к идее этой лекции. Мы посмотрим на механизмы, которые обеспечивают непонимание современного художественного языка.

Ситуация эта типологическая, очень много из реакций, которые приобрели публичный характер после выставки в Эрмитаже, на самом деле не несут в себе ничего исключительного, а определяются некоторыми моделями функционирования искусства в современном обществе.

Эти модели очень наглядно были продемонстрированы нам в начале XX века, когда, в результате вторжения принципиально нового живописного языка — импрессионистского, постимпрессионистского в живописи Матисса, в творчестве Пикассо — пришла колоссальная перестройка русской художественной школы. Что касается этой выставки, я думаю, что для людей с гуманитарными интересами эта волна докатилась, кто-то из присутствующих здесь, может быть, видел ее в Эрмитаже? И как вам Фабр? Действительно, выставка была разбросана по всему Эрмитажу, в зале Снейдерса, например, висели чучела зайцев и других зверей, которые как бы держали в зубах черепа, сделанные из крылышек экзотических насекомых.

Вот вы видите перед собой такую картину. В зале Главного штаба было несколько инсталляций, в том числе — самые резонансные, где чучела погибших на автострадах животных, собак и кошек, были представлены в странных комбинациях. Я листал книгу отзывов, они там очень разные. Вообще, книга отзывов любой выставки — это специальный жанр, скорее, для антропологии, чем для искусствознания, но я вам приведу несколько примеров тех громких откликов, которые задали интонацию дискуссии.

Не хочу ничего говорить сам об этой выставке, я достаточно спокойно отношусь к Яну Фабру. Честно говоря, я бы оставил то, что было в зале Снейдерса — этих заек с черепами, потому что это было красиво и интересно, и это очень обновляло самого Снейдерса, к которому уже привыкли.

Собственно, на его картинках творится то же самое безобразие. Кто-то кого-то ест, кто-то кого-то терзает. Но, поскольку это висит в золотой раме в музее, то мы воспринимаем это как высокое искусство. Те инсталляции, которые спровоцировали общественную реакцию, мне представляются менее удачными, я не вижу особого повода, чтобы как-то бунтовать по этой причине.

в нашей стране это не маклеры знакомство с которыми

Давайте поглядим на риторику, которая сложилась в различных максималистских реакциях на эту выставку. В ту же дуду и Виталий Милонов дудел.

Вот петиция, которая была размещена на известном сайте. Бог миловал, она не набрала даже 15 тысяч участников. Это квинтэссенция той риторики, которая меня сейчас интересует.

Она, конечно, направлена от лица граждан России на имя министра культуры Мединского: Современное искусство не имеет строгих рамок и критериев, и тем самым зачастую нарушает все возможные условности, задевает чувства посетителей выставки. Некоторые его представители, в погоне за популярностью, переходят границы всех допустимых морально-нравственных ценностей.

Ян Фабр хорошо известен своими шокирующими инсталляциями и художественными приемами. Подвешенные на крюках чучела мертвых собак, распятые на крестах коты, мозаика из жуков, черепа и скелеты — смерть и горе в оправе из глумления и гламура. Какой посыл несет в себе эта выставка? Особенно это касается детей с несформировавшейся психикой. Было достаточно много случаев, когда дети впадали в истерику, увидев подвешенных и распятых животных в залах Эрмитажа.

Распятый кот привёл в шок верующих, глубоко задев их чувства. Что это, если не терроризм в искусстве, насаждение чуждой нам культуры насилия и жестокости, которые нам преподносят на красивом блюде в красивой обертке? Владимир Ростиславович, мы просим Вас с пониманием и уважением отнестись к чувствам граждан. Большинство посетителей Эрмитажа — обычные люди, которые идут в музей за положительными эмоциями, ведут туда своих детей для знакомства с прекрасным, с великой историей нашей страны, а вместо этого испытывают шок, отвращение и негодование.

Не прошло и месяца с того момента, когда вся Россия содрогнулась от серии чудовищных расправ над животными двух студенток-садисток из Хабаровска, и подобные экспозиции сейчас только усиливают гнев и боль неравнодушных петербуржцев и гостей города. В Интернете еще раздавались призывы уволить Пиотровского, наказать устроителей выставки, вызвать петербургских казаков в Главный штаб и так далее.

Бог миловал — казаки не пришли, у Пиотровского есть проблемы другого плана, и я думаю, что через некоторое время мы забудем о выставке Яна Фабра как о страшном сне. Сегодня открывается выставка Ансельма Кифера и, хотя там не будет кошек и собак, в парадных залах Эрмитажа будет представлено то, к чему русский художественный вкус не готов даже в XXI веке.

На самом деле меня интересует именно модель, тот механизм, который запускается, когда еще в силе консервативная художественная традиция, консервативные художественные вкусы в нашей стране. Давайте, попытаемся назвать 10 главных русских картин — и я подозреваю, что большая часть сидящих здесь в зале, я уже не говорю о людях на выставках или на улицах, в этот десяток включат восемь произведений передвижников плюс Брюллова и Иванова.

Два не самых интеллектуальных представителя современного общества, и петиция, составленная человеком, явно небывавшем на выставке, тем не менее, концентрируют общие места полемики, которая разворачивается, когда в традиционное искусство вторгается нечто принципиально новое. Я хочу посмотреть на то, что было в начале XX века, когда Россия открывала для себя искусство Франции, родившееся после того, как импрессионизм сильно поменял представление о живописи.

В представленных комментариях вы увидели выделенные фразы, где речь идет о поругании святынь. От святынь национальных и вселенских — тут диапазон универсальный — до угрозы общественной нравственности, чувствам верующих и еще тут не хватает разговора о спекуляции, потому что мы видим, что процесс восприятия и болезненной реакции на новое вызывает несколько стереотипных мыслительных и полемических конструкций.

Я буду говорить, в основном, о России, выделив некоторые характерные, на мой взгляд, ситуации, однако замечу, что мы здесь ничем особенным от других стран не отличаемся. Сейчас для нас импрессионисты, слава богу, являются каноническим музейным искусством, частью великой живописи.

Они были мало известны в свое время, их известность — результат длительного процесса, их оценка и переоценка. Россия, открывающая для себя на рубеже столетий тотально незнакомое ей искусство, очень непривычное, была практически на том же уровне, что и остальные европейские страны. О том, что считается сейчас каноническим, в то время было известно очень малому числу людей.

Даже приезжающий в Париж молодой художник должен был знать, куда идти, чтобы смотреть импрессионистов и постимпрессионистов. Таких мест в Париже было мало, в основном, частные коллекции, куда не всякого пустят, и несколько магазинов, торгующих картинами, в районе Рю Лафит и под холмом Монмартра. И тогда, если ты знаешь, кто такой Амбруаз Воллар и что у него спросить, ты увидишь Гогена, Сезанна и, может быть, даже их поймешь.

Игорь Грабарь, который долго жил в Европе, очень медленно открывал для себя это искусство и очень медленно к нему привыкал. Этот конфликт между национальной традицией и тем, что считается вызванным национальной художественной традицией, универсален.

К счастью, наш Николай Александрович Романов не имел амбиций в художественной области и не навязывал свои вкусы обществу. А кайзер полагал, что он знает, что такое хорошая живопись, как она должна делаться. Напоминаю, что отношения между Францией и Германией в период с года и до года были отвратительными.

Снова Германия, год. Винен инспирирует брошюру — протест немецких художников, которую подписывает почти человек, самой разной политической и художественной ориентации. Это — защита немецкого искусства от французского вторжения, в том числе — вторжения французского художественного рынка на немецкую территорию. Только в Германии два очень крайних случая. Но в самой Франции положение дел ничуть не. И это становится детонатором большого скандала, который выплеснулся на парламентскую трибуну.

У нас в Думе, кажется, еще о живописи не разговаривали? А произошло вот. После публичного запроса почтенного парижского депутата Пьера Лампьюэ суб-секретарю по делам изящных искусств, который опубликован французской прессой, на трибуну Национального собрания французского парламента 3 декабря выходит депутат Жюль-Луи Бретон, который требует защитить французское искусство и государство. Дело вот в чем: Так государство поддерживает искусство.

Третья французская республика жила по принципу, который позже сформулирует председатель Мао: Она была принципиально плюралистичной. Председателем жюри является человек хоть и с французской фамилией, но на самом деле — бельгиец. Вот тут — узнаваемая риторика депутата Милонова и авторов петиции. К чести французской политики и французской социалистической партии, которую представлял Бретон, вслед за ним на трибуну выходит Марсель Семба, который дает отповедь своему коллеге в лучших традициях французской риторики, защищая принципиальную для Франции свободу творчества и свободу художественного самовыражения.

Он говорит о том, что новаторов при их жизни никогда не одобряли и не признавали современники: Вы же не зовете полицейского при этом? По очкам выиграл Семба. И Семба был его другом и пропагандистом. Так что за этим политическим диспутом стояли художественные силы в очень большой степени.

Вот это иллюстрация того, что происходит с новым художественным языком, когда он вторгается в привычную художественную модель. Теперь посмотрим, что творилось в конце XIX века у.

Вот эти пять человек никогда не договорились бы друг с другом ни по какому-либо вопросу: Толстой, Стасов, Грингмут, Михайловский, Плеханов. Лев Николаевич Толстой — великий писатель земли русской, религиозный диссидент. И все эти люди представляли, в общем, весь спектр политических возможностей России конца XIX века, являясь, без преувеличения, врагами современного искусства.

Он писал о театре, глумился над Бодлером и Верленом. О том, что бы он сказал о современной живописи, мы можем только догадываться. Как видите, он одним из первых применяет метод раскадровки, очень удачно. Как пишет картину импрессионист — ведро краски выплескивая на холст. Почему Грингмут, один из столпов монархизма, русского национализма, вдруг вцепляется в импрессионизм? Импрессионизм оказывается для Грингмута явлением того же порядка.

Они напишут вам женщину в белом платье во весь рост, сидящую на траве, единственно затем, чтобы намалевать белое пятно на ярко-зеленом шпинате, но им нет никакого дела ни до выражения лица этой женщины, ни до ее характера, ни до ее внутреннего мира. А чем же обеспечивается успех импрессионизма, как полагает Грингмут?

То есть, мы опять имеем дело с крайне простыми объяснениями сложных вопросов. Я давно не слышал таких реплик, но думаю, что так или иначе, каждый с ними сталкивается. Когда входишь в музее в зал Матисса, эхом слышишь: Я не хочу сказать, что наша живопись была безукоризненна. Она долго страдала другим антихудожественным недостатком, особенно сильно развившимся у нас, который тоже был заимствован с Запада — фальшивой тенденциозностью своего содержания.

Имеется в виду критический реализм передвижников. И финал его текста: Прямая и явная угроза — импрессионизм, уравненный в опасности с социализмом. Давайте, послушаем теперь социалистов. Николай Михайловский, год, тот же самый год. Он писал о живописи. Тексты, которые я сейчас упомяну, посвящены словесности. То, что Россия — молодая страна, это общее в журналистике и культурной мысли нашего отечества во второй половине XIX века. Символизм и модернизм во Франции закономерен, потому что эта цивилизация клонится к закату, а мы, русские — молоды, у нас все впереди, и заимствование подобных явлений поверхностно, не имеет корней и вообще не имеет смысла на нашей почве, рано нам еще, мы еще можем все преодолеть и пережить.

И то, что потом Михайловский будет писать о модернистской живописи, только подтверждает эту его формулу, выведенную на основании анализа литературного символизма. Плеханов чуть позже обратился к современной живописи, но успел сказать довольно важные вещи. Когда он писал о кубизме, он очень хорошо сформулировал этот детерминистский марксистский принцип: Если яблоня должна родить яблоки, а грушевое дерево — приносить груши, то художники, стоящие на точке зрения буржуазии, должны выступать против указанных стремлений.

Искусство времен упадка должно быть упадочным. Марксизм — очень детерминистская конструкция, проводящая очень четкие связи между классовой структурой и духовным миром.

Когда в году Плеханов делает обзор 6-го Венецианского биеннале, он не очень хорошо представляет, что такое импрессионизм, потому что он называет импрессионизмом то, что является дальними отголосками этого явления. Но для него импрессионизм и символизм являются отображением глубокого упадка буржуазного общества. Затем переходит к каталонскому художнику Англада Камарасу, тогда очень популярному, который изображал такие эффектные картины парижского полусвета.

Для него Англада как раз и есть воплощение импрессионизма. Почему их внимание привлекается поверхностью, скорлупой явления? Им хочется сказать, что-то новое, но сказать им нечего, поэтому они прибегают к художественному парадоксу. По крайней мере, парадоксы помогают эпатировать буржуазию. Не хочу сказать этим, что я не вижу ничего хорошего в импрессионизме. Я считаю неудачными многие из тех результатов, к которым пришел импрессионизм. Но я считаю, что поставленные им на очередь технические вопросы имеют немалую ценность.

Но тот же Маклер признает, что у французских импрессионистов идейный интерес совсем не достигает высоты технического интереса. Маклер относит это к числу недостатков импрессионизма. Вот вам базовые позиции, которые во многом сходятся, говорят о том, что перед нами — вторжение чего-то чуждого, что рано или не нужно для России.

Марксисты усиливают аргументацию Михайловского тем, что жестко спрягают декаданс и упадок капиталистического общества, делая попытку следовать этому явлению, идеологически в высшей степени уязвимую. Когда этот способ мышления будет базовым, это сопряжение будет в высшей степени прямолинейным и опасным при советской власти. Есть еще некоторые контексты, которые нужно учитывать, когда мы говорим о том, что творилось в современной французской живописи в России.

Мы должны понимать, что существуют стереотипы отношения к определенным национальным культурам. И в России к концу 19 века этот стереотип действовал очень мощно и охватывал различные в идейном отношении художественные культурные круги.

Марк Антокольский, крупнейший русский скульптор, живший в Европе, космополитичный человек, работавший и для русского государя, имевший медали Берлинского и Парижского салонов, вот что пишет в году: У французов не знаешь, где кончается искренность и начинается вежливость; мы же всегда искренни и поэтому всегда бранимся.

Характеристика нашего народа, в общем, сохраняется в неприкосновенности. Что учитывается, когда речь идет о том, что же так беспокоит и что так мешает понимать современную французскую живопись у значительной части русских живописцев.

Грабарь был наряду с Александром Бенуа одним из немногих русских людей, кто в описываемое время имел достаточно адекватное представление о современной западной живописи. Замечание очень грубое, высказанное публично человеку, благодаря деньгам которого передвижники и существовали.

Я полагаю, что Маковский забеспокоился — складывается финансовая угроза старшему поколению передвижников. Вдруг Третьяков начнет покупать только эту живопись?

Цены на квартиры в России упали. Но можно сэкономить еще больше: Квартира: Дом: grapharrovi.cf

Но я считаю, что эта грубая ремарка на самом деле снайперски точна. Почему, у вас есть предположения? Правильно — на определенной стадии сифилиса появляются пятна. И то, как солнечные пятна ложатся на лицо девушки в тени, Маковскому напомнило определенную стадию разложения человеческого тела в запущенной стадии сифилиса. Откуда это знал Маковский? Но имелось в виду, конечно, угроза живописному языку, разложение.

Злой и умный Маковский очень четко попал в точку. Что это за патриоты, которые тащат к нам первобытных чухонцев, шведов и норвежцев, французов, англичан, поляков и испанцев? Это была поразительная интернационализация художественной жизни. Как вы понимаете, текст не рассчитан на публикацию где бы то ни было, но градус неприятия здесь очень демонстративен.

Стасов в своих критических публичных статьях недалеко ушел от этой риторики, честно говоря. Именно то, что для новой живописи было центральной проблемой — проблема западного как чужеродного, Дягилев очень хорошо ощутил. Еще в году он пишет по поводу слуха, что на выставку русских акварелистов не пустят иностранных художников, потому что боятся, что их работы будут лучше продаваться: Дягилев блестяще выстроил свою стратегию в мире искусства, двигателем которого он.

На мой взгляд, это была модельная выставка для мира искусства и, конечно, их политика предполагала, что все остальные выставки должны быть именно такими. И она довольно репрезентативна. От реализма до импрессионизма. Вы видите список художников, которые там. Молодые москвичи — Нестеров, Серов, Левитан Коровин. Еще более молодые петербуржцы — Бенуа, Бакст, Головин, Сомов — и довольно большая команда зарубежных мастеров: Владимир Стасов, в свое время — идеолог передвижничества и их защитник, пропагандист русского реализма и русского национального стиля в прикладных искусствах и архитектуре, и Илья Ефимович Репин, на тот момент — безусловный глава русской национальной школы.

В каталоге выставки картин были обозначены цены на художественные произведения. И — проблема с ценами. Репин на этой выставке представлен портретом князя Волконского. Скандализировали его несколько вещей: Это тоже цитата Репина из того же документа. В этот дискурс входит еще один важный мотив: Маршан — это торговец картинами. В это время одним из двигателей художественного рынка становится уже не большая выставка, а маленький магазин, идеальной моделью которого была галерея Поля Дюран-Рюэля, покровителя и продавца импрессионистов.

Что же на самом деле случилось? Если мы откроем каталог, то увидим, что такого выбора картин Эдгара Дега их всего было восемь не было с той поры на русских выставках.

Но смотрите на цены.

Пять признаков, что ваш риелтор — мошенник

Франк в это время стоил примерно 25 копеек. Но Пюви де Шаванн умер в этом году, и он, все-таки, уже составил себе репутацию. Хотя Стасов, когда слышит имя де Шаванна, превращается в быка, глядящего на красную тряпку. Дега был предоставлен на выставку Дюран-Рюэлем, у которого были интересы к русскому рынку. Лет за 15 до этого он сделал американский рынок импрессионистов. Все знают, что американцы очень их любят, это самые любимые художники в Америке, по-моему.

Конечно, это — заслуга Дюран-Рюэля. На рынок в России, потенциально богатый, он дал вещи экстра-класса, поверьте. Что в это время продавалось на мировом рынке картин, и за какие деньги? Например, у того же самого Дега, причем, вещи похожие по размерам.

То есть, с одной стороны, порядок цен колеблется около нормы, но эти цены абсолютно непривычны для русского рынка. Живопись Дега для русского посетителя выставок — вообще кошмар. И тут показательна реакция Репина. Причем, смотрите, что про нее известно: Если бы он не хотел ее продавать, он бы просто не поставил цену. Есть много интересных обстоятельств, связанных с формированием этой выставки, с ценообразованием и так далее.

Но сейчас важен именно вопрос о цене на живопись, которая еще не утвердилась, и вопрос по которой является совершенно взрывным. Потому что для русского художественного сознания — это провокация, издевательство. Реакция Стасова на этих художников недалека от реакции Мясоедова.

Нам вдруг показывают такие непозволительные, такие нестерпимые вещи, как эскизы Пювис де Шаваня, картины Дегаса, портреты Бенара. И в доказательство их высокого значения выставляют цены: Есть еще один мотив критики эпохи зарождения модернизма — финансовый интерес. В России он немного трансформируется. Когда Щукин и Морозов покупают вещи в коллекции, москвичи шушукаются. Вообще, прямых негативных отзывов об этих коллекциях очень мало.

Все-таки, Щукин и Морозов — люди, составляющие крупнейшие предпринимательские семьи, не каждый журналист осмелится что-то сказать.

И апофеоз дискуссии года — карикатура петербургского художника Павла Щербова, который работал под псевдонимом Старый судья — Old Judge. Сейчас вам ее расшифрую. Выставка была организована в училище Штиглица.

Квартал, где находится это училище, известен как Соляной городок. Справа перед нами — Владимир Стасов в ультра-русском костюме, который он на самом деле носил, портрет кисти Ильи Ефимовича Репина. В отличие от карикатуры, на портрете у него — хромовые сапоги, а не лапти. Горшки с луковицами — это издевательство над манерой Дягилева пышно устраивать вернисажи и выставки.

Передвижники были очень аскетичны, они вешали картины плотными рядами и особо не заморачивались с контекстом. Дягилев же установил в залах училища Штиглица кадки с какими-то экзотическими растениями.

В общем, ему тут досталось. А вот живопись на стенках очень интересная. Дятел — это работа финского художника Кавела, которого Стасов ненавидел лютой ненавистью. Или все-таки риелтор не потерял в глазах клиента свою значимость? Но это связано не столько с вопросами профессиональной компетенции, сколько с платежеспособностью населения.

Конечно же, если человек обладает хорошими юридическими знаниями, умеет хорошо проводить переговоры, у него есть много свободного времени или если те деньги, которые он сэкономит на риелторе, сопоставимы с его заработной платой, в этом случае, он может сам справиться.

Но если у вас нет специальных юридических знаний, умения качественно провести переговоры в своих интересах, то вы можете потерять гораздо более значительную сумму, чем то вознаграждение, которое заплатили бы риелтору.

Ну и самое главное, если уж вы определились, что вы привлекаете профессионала, нужно подписать с ним договор в письменной форме, потому что только в этом случае вы можете предъявить какие-то претензии. Частные маклеры, не смотря на то, что многие из них могут быть не менее профессиональными переговорщиками, психологами, теряют на фоне профессионалов.

Настоящие гарантии, проверки, истории перехода права собственности по квартире а только этот процесс нивелирует какие-то риски утраты права собственности на объект недвижимости в дальнейшем может дать только компания, у которой есть сильная юридическая служба и возможность в достаточно короткий промежуток времени провести проверки всех составляющих рисков.

Как выбрать консультанта по покупке и продаже бизнеса

Мы пытаемся донести до потребителя - чем отличается квалифицированный специалист от неквалифицированного. И вот именно по этой причине мы создали систему сертификации, выстроили по кирпичикам. Как отличить качественную работу компании от некачественной? Первое - это сам агент. То есть тот специалист, который общается каждый день с клиентом, и который должен обладать необходимой квалификацией и компетенциями. Он должен уметь все это применить на практике.

Агент - это первое звено и он каждые три года должен проходить обязательную аттестацию. То есть аттестата может быть лишен любой агент, который, например, нарушил кодекс этики и стандарты практики. Он может быть отстранен от должности в связи с тем, что утратил аттестат. Если он, по мнению Комитета по разрешению споров это досудебный орган в региональных объединениях нарушил этические нормы или оказал некачественную услугу, то не имеет права работать.

Соответственно, это ограничение заставляет людей качественно выполнять обязанности. И вот агенты проходят процедуру аттестации, тратят деньги на обучение, сдают экзамены, подписываются под кодексом этики, что мы им даем взамен?

Мы приняли решение, что система сертификации, если хотите - собор, вера, вера в компетенцию, в квалификацию, в профессию. Но как донести до потребителя эту веру в квалификацию и компетенцию? Естественно, для этого нужна колокольня.

И колокольня в нашем случае - это реестр. Этот реестр доступен на сайте www. С его помощью, каждый человек может зайти и проверить своего риелтора.

Вот к вам обращается человек и говорит - я могу, как риелтор оказать услугу. Если этот человек в реестре есть, то за него несет ответственность профессиональное объединение, компания, и его статус подтвержден. А если вашего нового знакомого там нет, нужно задаться вопросом - почему? Более того, сейчас мы думаем над тем как создать более качественную систему обратной связи.

У каждого агента сейчас есть свой собственный рабочий кабинет, куда потребитель услуги может написать замечание, которое, в свою очередь, прочтет руководитель, брокер компании. Если это жалоба, она может быть рассмотрена в Комитете по защите прав потребителей, и комиссией по разрешению споров.

Хорошо было бы в эту технологию внедрить возможность рейтингового голосования. Например, чтобы у реестра была функция сбора информации по оценке качества выполненной услуги. И если этот инструмент нам удастся интегрировать, мы не только сами будем оценивать качество и компетенцию риелтора, но и иметь четкую интерактивную связь с потребителем, что в корне меняет саму систему. В других сферах примеров внедренных систем оценки качества услуг потребителями уже предостаточно, в регионах они тоже работают.

Яндекс в условиях отсутствия на рынке профессиональных объединений занял эту нишу. Те, кто не сделали своевременно такой инструмент контроля, потеряли часть рынка. Это шаг вперед - шаг навстречу потребителю. Из них 98 процентов - люди с высшим образованием: Для тех сфер, откуда они уходили, это было потерей на фоне неэффективного управления.

Но зато ко мне приходили люди социально ориентированные, с опытом общения на любом уровне, особенно успешны в этом были медицинские работники.

Мы тогда брали даже медсестер без высшего образования, потому что они умеют терпеть, обладают определенной внутренней социальной ориентацией. К сожалению, новое поколение в больше степени прагматично, и может быть, менее социально ориентировано, они хотят получить все и сейчас, но мне кажется, что риелтор - это как раз та профессия, где люди должны быть терпимы.

И в этом смысле, обратная связь помогает нам вернуться к ключевым ценностям. И ключевой ценностью являются не только деньги, но и возможность оказать реальную помощь потребителю услуги. Они отстают от Москвы или какие-то общие стандарты уже можно вводить? Все сферы, которые я перечислил, более жестко регулируются законом, и многие люди в эту профессию не всегда попадают объективно по результатам своего труда и компетенции, особенно, наверное, это касается сферы нотариального заверения.

А вот риелторы - это предприниматели, которые, прежде всего, присутствуют в малом бизнесе, и сделали себя. Каждый человек в этом бизнесе с амбициями, он очень самодостаточен, и все, что ему предлагается, как инструмент повышения эффективности, рассматривает Вообще это связано и с нашей русской ментальностью. Пока русский человек по винтикам не разберет машину, он не поймет ее преимуществ. Это ключевое отличие нашей сферы предпринимательства и вообще технологий, например, от американских.

Американцы, если что-то работает, не думают, над тем как оно работает - они берут и применяют. Происходит детализация процессов с точки зрения анализа.

в нашей стране это не маклеры знакомство с которыми

Пока я сам не почувствовал, что это точно может привести к результату, я это внедрять не. Вот что характерно для регионов. При этом получается так, что опыт крупных компаний особенно сложно тиражировать в регионы, потому что в Москве сама риэлтерская услуга раскладывается на компоненты, и что-то можно передать юристам, что-то можно передать маркетологам, что-то можно передать аналитикам, а в регионе все это должен нести на себе риелтор.

Потому что компания маленькая и эти узкопрофессиональные технологи создать невозможно. Получается, что не так просто передать наш опыт в регионы, который для регионов не особенно ценен. Так же, как для нас не всегда очевидна ценность американского, канадского опыта в риэлтерской сфере, хотя, это, безусловно, самые технологичные страны в отношении сферы недвижимости в мире.

Тем не менее, они просто так не перекладываются на нашу почву. Город в регионе - это все-таки достаточно маленькая территория по сравнению с Москвой. И поэтому региональный рынок очень неплохо работает сам на. Все в этой деревне друг о друге все знают. Москва - большой регион, здесь требования урегулирования должны быть более прозрачными.

И достучаться до каждого потребителя гораздо сложнее.

Мастерство переговоров: включаем опцию «дзен»

В регионах и технология работы другая. Например, у нас в Москве покупатель недвижимости ни за что не отдаст деньги за квартиру. Он в любом случае либо разместит их в ячейке, либо на специальном аккредитивном счете, либо на депозите и только после регистрации перехода права продавец недвижимости сможет их получить.